Источник: «Кровопролитие на Кавказе», доклад «Хьюман Райтс Вотч» (Human Rights Watch) / Хельсинки (Бывшая «Хельсинки Вотч») сентябрь 1992 г., стр.19-24.

Ходжалы

В ночь с 25 на 26 февраля армянские вооружённые силы захватили азербайджанский город Ходжалы, расположенный примерно в 10 км от Степанакерта. Когда часть жителей города вместе с отступающей азербайджанской милицией и силами самообороны бежали из Ходжалы, чтобы пересечь границу и попасть в Агдам, они оказались рядом c армянскими засадами и были обстреляны. В настоящее время правительство Азербайджана проводит два расследования этих событий: одно из них ведёт специальная парламентская комиссия, другое – прокуратура. Кроме того, известной российской неправительственной организацией Правозащитный центр «Мемориал» было проведено независимое расследование инцидента в марте 1992 г.[1]

Согласно информации работников прокуратуры Азербайджана, до эскалации конфликта в Нагорном Карабахе население Ходжалы составляло около 6000 человек; точное количество находившихся в городе людей в феврале месяце неизвестно, так как некоторые жители могли бежать ранее[2]. В 1988 г. в Ходжалы проживало всего 2000 человек, и он имел статус посёлка; население увеличилось в связи с тем, что там селились азербайджанские беженцы из Армении. Правительство Азербайджана также поселило в Ходжалы несколько сотен турков-месхетинцев, бежавших от преследований в Средней Азии. Наконец, азербайджанцы съезжались туда из других районов Нагорного Карабаха, в частности из Степанакерта, и продолжали бежать туда после того, как армянские вооружённые силы захватывали их селения зимой 1991-92 гг. Азербайджанское правительство присвоило ему статус города только в декабре 1991 г., и он стал вторым по численности населения азербайджанским городом в Нагорном Карабахе после Шуши[3].

Единственный аэропорт Нагорного Карабаха расположен в Ходжалы. По крайней мере с 1991 г. в Ходжалы размещался отряд азербайджанского ОМОНа, в основном для защиты города и аэропорта. Точное количество милиционеров неизвестно. Айдын Расулов, возглавляющий расследование азербайджанской прокуратуры, говорит о двадцати двух милиционерах, однако беженцы сообщали, что вместе с населением города бежали сорок милиционеров. Кроме того, в Ходжалы была группа самообороны численностью около двухсот человек.

Бойцы армянских вооружённых сил утверждают, что они предъявляли ультиматумы азербайджанским вооружённым силам в Ходжалы, в которых предупреждали, что если не прекратятся ракетные обстрелы Степанакерта, ведущиеся из этого города, то армянские вооружённые силы нападут на город[4]. Вот что говорит А. Х., азербайджанка, с которой беседовали в Баку представители «Хельсинки Вотч»: «После того как армяне захватили Малыбейли, они предъявили Ходжалы ультиматум… и о том, что жителям Ходжалы лучше уйти под белым флагом. Алиф Гаджиев [начальник милиции г. Ходжалы] сказал нам об этом 15 февраля, но это не напугало ни меня, ни других людей. Мы не верили, что они могут оккупировать Ходжалы».

По словам почти всех двадцати двух азербайджанцев, свидетелей событий в Ходжалы, опрошенных «Хельсинки Вотч», зимой 1991-92 гг. посёлок обстреливался практически ежедневно, и люди привыкли ночевать в подвалах.

Наступление на Ходжалы началось около 23:00[5] 25 февраля с интенсивного артиллерийского обстрела. Хасан Алахьяров, рабочий-строитель, рассказал «Хельсинки Вотч»: «Мы привыкли к стрельбе, но обычно это были пулемёты. Я спал на балконе, ко мне пришёл сын и сказал, что звук был другим. Я встал и… увидел БМП [боевые машины пехоты] и танки, стрелявшие со всех сторон… когда я вышел, я увидел, что везде падают бомбы».

Несколько беженцев сообщили, что они видели несколько горящих домов во время нападения на Ходжалы или когда бежали из посёлка. Джулека Дунемалиева (чья сестра умерла от переохлаждения во время бегства из Ходжалы) рассказала, что примерно в полночь или в час ночи она увидела, что район, где проживали турки-месхетинцы, охватил пожар: «Месхетинцы жили в нашем районе в финских домиках. Когда сожгли их дома, мы сразу бежали».

Большинство жителей Ходжалы оставались в городе примерно до трех часов ночи, некоторые находились в подвалах частных домов. Кроме того, по имеющимся сообщениям, около трехсот жителей укрылись в подвале школы. Некоторые сообщали, что они решили бежать в три часа, потому что бойцы самообороны обходили улицы, призывая людей покинуть город.

Жители бежали отдельными группами, среди хаоса и паники, большинство из них не взяли личных вещей или тёплой одежды. В результате сотни людей пострадали от сильного обморожения, некоторые погибли.

Большинство жителей Ходжалы двигались по дороге, которая вела через мелкую реку, через горы и незадолго до рассвета вышли к открытому полю у деревни Нахчыванлы, которая в то время находилась под контролем армян. Именно здесь произошёл самый интенсивный обстрел. Другая часть жителей бежала по другой дороге, которая вела прямо в Шелли, азербайджанскую деревню рядом с Агдамом. Несколько уцелевших жителей Ходжалы сутками плутали в лесу, прежде чем вышли к окрестностям Агдама.

Поведение милиции

Вместе с одной из групп беженцев отступал из аэропорта азербайджанский ОМОН, возглавляемый Алифом Гаджиевым. По свидетельствам нескольких очевидцев, опрошенных «Хельсинки Вотч», Гаджиев призвал группу жителей, прятавшихся в подвале школы, покинуть посёлок. У деревни Нахчыванлы армяне и части 366-го полка СНГ открыли огонь по отступавшему ОМОНу и бегущим жителям города. Все опрошенные азербайджанцы, которые бежали с этой группой, сообщили, что милиционеры были в форме, у некоторых было оружие, и они смешались с толпой гражданских лиц. Например, 23-летний Хижран Алекпера, бывший работник пекарни, рассказал о толпе гражданских, которые двигались, «окружённые кольцом защитников. Они пытались защитить нас. У них было огнестрельное оружие, и они пытались отстреливаться».

Как говорит 21-летняя азербайджанка, которой ампутировали пальцы ног из-за обморожения, «нашу группу возглавляли мужчины. Армяне открыли огонь, когда мы подошли к деревне [Нахчыванлы]. Они окружили нас и стреляли. Была перестрелка между армянскими солдатами и нашими».

С. А., боец ОМОНа, рассказал «Хельсинки Вотч»: «Мы стреляли и бежали в толпе, но это не было организованным отступлением. Мы все перемешались».

Другая молодая азербайджанка, пострадавшая от обморожения ног, также описывает перестрелку: «Когда армяне увидели нас, они начали стрелять. В тот же момент азербайджанцы стали отстреливаться. Это был азербайджанский ОМОН. Некоторые из них были с нами, когда мы бежали».

Огонь по гражданскому населению

Свидетели и жертвы перестрелки у деревни Нахчыванлы рассказывали «Хельсинки Вотч» о разном количестве людей, попавших под обстрел; кроме того, они рассказали, как получили огнестрельные ранения.

33-летняя Нигяр Азизова, работница овощного магазина, рассказала «Хельсинки Вотч», что когда толпа людей начала спотыкаться о тела, люди повернули назад и побежали в разные стороны. «Толпа растянулась примерно на шестьдесят метров. Я была в середине, а люди, бежавшие впереди, почти все были убиты. У Нахчыванлы мы увидели, как люди впереди падают. Они кричали и падали. Я узнавала их лица. Я могла видеть их лица, когда мы переступали через них. Мы прикрывали детям глаза, чтобы они этого не видели».

Госпожа Азизова перечислила восемь человек, через тела которых ей пришлось переступить, и свидетельствовала, что у них не было огнестрельного оружия: Эльшан Абушов, Зелиф Алехпелиев, Тевагуль Алехпелиева, Сахвет Алехпелиев (которому, как говорят, было девять лет), Эльмар Абдулев, Этибар Абушов и Хабиб Абушов.

Молодая азербайджанка, которую захватили в заложницы, рассказала «Хельсинки Вотч»: «Это было возделанное поле. Мы подошли к нему и увидели, что они начали стрелять. Я видела, наверно, шестьдесят убитых в поле. Те, кто бежал вместе со мной, падали и умирали».

Хассан Алахьеров рассказал: «Сначала мы бежали к Нахчыванлы, но когда они начали стрелять в людей, мы побежали в другую сторону. На дороге стояла БМП – я её не видел, я видел снаряды». Восемнадцатилетняя дочь Алахьерова, которая была разлучена с отцом, сказала, что видела танк: «Когда танк начал стрелять, мы бросились в разные стороны. Я видела разбросанные трупы и видела, как люди, окружавшие их, падали».

Хижран Алекпера сообщил: «К моменту, когда мы добрались до Нахчыванлы, уже было девять часов утра. Там было поле, и многих людей убили. Возможно, сто человек. Я не пытался считать. Меня ранили на этом поле. В Гаджифа Алиева стреляли, и я хотел помочь ему. Пуля попала мне в живот. Мне было видно, откуда они стреляли. Я видел другие тела на поле. Их только что убили – цвет лица у них ещё не изменился».

51-летний Балаоглан Аллахьяров рассказал: «Мы добрались до Нахчыванлы в восемь часов утра, и когда они начали стрелять, мы были в центре поля. Они стреляли только с одной стороны – со стороны леса. Тогда мы побежали с поля по направлению к ущелью, где застрелили мою жену и невестку. В них стреляли примерно с двадцати метров. В мою невестку попали три раза – в голову, в живот и в ногу. В мою жену стреляли сзади. [Армяне] сняли с них кольца».

Около 8 часов утра Назиле Хеметова получила огнестрельное ранение в левую ногу: «Мы все ползли. Если кто-то вставал, его ранили. Я встала, чтобы дать отдых ногам, и была ранена. Я видела, как многих убили, и нам пришлось оставить их, когда мы ползли дальше. После ранения я не видела, чтобы много людей прошло мимо меня; они спрятались в лесу. Я оставалась на снегу до семи часов вечера. Пришли члены Народного Фронта и помогли мне бежать».

С 27 февраля азербайджанские вертолёты привозили людей, которые пытались забрать тела убитых и помочь раненым. Некоторые спасатели были одеты в камуфляж, с ними был французский журналист; они сообщали, что некоторые трупы были оскальпированы или изувечены иным образом. Один из членов группы производил видеосъёмку.

Количество жертв

До сих пор неизвестно точное количество мирных жителей, погибших при бегстве из Ходжалы. По словам Айдена Расулова, для судебной экспертизы было доставлено более 300 тел с признаками насильственной смерти. Во время приезда «Хельсинки Вотч» в Баку экспертиза ещё не была завершена, а следователи продолжали искать тела ходжалинских жертв, которые в первые дни после трагедии вывезли из Агдама их родственники. Ранее Азербайджан обнародовал, а «Мемориал» опубликовал следующие цифры: 181 человек погиб от огнестрельных ранений, шрапнели или иных ранений (130 мужчин и 51 женщина, включая 13 детей). Кроме того, не установлено количество людей, погибших от обморожения. Намиг Алиев, возглавляющий Отдел по вопросам законности, правопорядка и обороны парламента Азербайджана и входящий в парламентскую группу, расследующую события в Ходжалы, в апреле рассказал «Хельсинки Вотч», что 213 ходжалинских жертв похоронено в Агдаме. Некоторые погибшие, поступившие во временный госпиталь в Агдаме, были идентифицированы как военные. Многие убитые мужчины, у которых не было никаких документов, не были идентифицированы ни как военные, ни как гражданские лица.

Алиев также сообщил, что 33 трупа из тех, которые поступили на экспертизу, были оскальпированы, либо у них отсутствовали части тела, либо они были изувечены иным образом.

Сто восемьдесят жителей Ходжалы считаются пропавшими без вести.

…на мирное население и отдельных гражданских лиц категорически запрещено нападать во время вооружённых конфликтов. Воюющие стороны при любых обстоятельствах должны отличать мирное население от военных и нападать только на последних. Более того, стороны не должны использовать мирное населения для прикрытия военных целей от нападения либо для прикрытия военных операций, включая отступление. Таким образом, та сторона, которая допускает, чтобы военные смешивались с убегающими мирными жителями, подвергает этих мирных жителей риску и нарушает обязательства по защите своих же мирных жителей.

Несмотря на то, что отступающие военные и гражданские, принявшие на себя роль военных, при отступлении являются целью прямого индивидуального нападения, нападающая сторона всё равно обязана принять меры предосторожности, чтобы избежать или минимизировать потери среди мирного населения. В частности, эта сторона должна остановить нападение, если становится очевидным, что это может привести к жертвам среди мирного населения, чрезмерным с точки зрения получения ожидаемого конкретного и прямого военного преимущества.

Обстоятельства нападения у деревни Нахчыванлы на людей, бежавших из Ходжалы, свидетельствуют, что армянские вооружённые силы и 366-й полк СНГ (который, очевидно, действовал без приказа командования)[6] намеренно игнорировали это обычное, оговоренное законом, ограничение при нападении. Должностные лица и военные Нагорного Карабаха явно ожидали, что жители Ходжалы будут бежать, так как они утверждают, что проинформировали жителей города о том, что они оставят открытый коридор для беспрепятственного прохода. Однако все свидетели, опрошенные «Хельсинки Вотч», сообщали, что они не знали об этом коридоре заранее. Кроме того, несмотря на то что свидетели и жертвы дали различные показания о точном времени начала обстрела у Нахичеваника, все они сообщили, что было достаточно светло, чтобы всё хорошо видеть, и, таким образом, нападавшие могли отличить невооружённых гражданских лиц от вооружённых и/или использующих оружие людей.  Далее, несмотря на противоречивые показания относительно того, с чьей стороны вёлся обстрел, свидетельства говорят о том, что нападавшие стреляли во всех бежавших людей без разбора. В таких обстоятельствах убийство бегущих военных не может оправдать предсказуемо большее количество жертв среди мирного населения.

 

[1] См. доклад правозащитной группы «Мемориал» о массовых нарушениях прав человека при захвате г. Ходжалы в ночь с 25 на 26 февраля 1992 г. На русском языке доклад был опубликован организацией «Хельсинки Вотч» и перепечатан «Независимой Газетой» 18 июня 1992 г., стр. 5 (см. стр. 71 настоящей книги).

[2] Группа следователей прокуратуры Азербайджана в апреле ещё устанавливала точное количество жителей Ходжалы, проверяя регистрации паспортов.

[3] Описание жизни в Ходжалы до нападения 25 февраля см. в статье: Гольц Т. Преданный город: зона сплошного поражения в Карабахе // Вашингтон Пост. 1992. 8 марта. С. 1.

[4] Проведённый «Хельсинки Вотч» опрос А. Х., члена НОАА (Национально-освободительной армии Арцаха), 28 апреля 1992 г.

[5] По свидетельству С. А., бойца отряда ОМОН, обстрел аэропорта начался в 17:00.

[6] Количество военнослужащих 366-го полка, принявших участие в массовом убийстве мирных жителей, до сих пор неизвестно. Следователи прокуратуры Азербайджана отправили рабочую группу в Тбилиси, куда 366-й полк был передислоцирован после его вывода из Степенакерта, чтобы узнать, сколько военнослужащих полка было убито, ранено и пропало без вести во время службы в Нагорном Карабахе. По словам Айдена Расулова, высокопоставленные военные отказались встречаться со следователями, заявляя, что отвечают только перед Москвой. По состоянию на апрель, следователи ещё не послали запрос военным властям в Москву для получения этой информации.